19.08.2026 19:30
Соулс-лайки выросли не из Shadow of the Colossus, но Фумито Уэда к ним всё-таки причастен Александр Кузьменко
Соулс-лайки выросли не из Shadow of the Colossus, но Фумито Уэда к ним всё-таки причастен
Александр Кузьменко на ютуб-шоу не узнал скриншот из Shadow of the Colossus, а когда название игры ему сказали, заявил, что он такое терпеть не может и, дескать, с Shadow of the Colossus начались соулс-лайки. Народ заметил и офигел: при чём тут вообще соулс-лайки? В то же время я наткнулся на несколько постов, в которых утверждалось, что когда-то где-то Миядзаки называл игру Уэды одним из главных источников вдохновения, а значит, «Колоссы» с соулс-лайками всё же связаны. Давайте разберёмся.
Shadow of the Colossus Миядзаки публично, кажется, ни разу не назвал по имени — я специально лазил и по английским интервью, и по японским. Зато про Ico он говорит много и с придыханием. В декабре 2021-го Famitsu собирала комментарии создателей к двадцатилетию Ico, и глава FromSoftware выдал целую исповедь: он тогда уже несколько лет работал аккаунт-менеджером в японской Oracle, заглянул к другу, тот включил Ico.
«Красивая, нерассказанная история и опыт, каких я и вообразить не мог. Прости, друг, но я тихо сидел, потрясённый и молчаливый».
А потом уволился и ушёл в FromSoftware. Дословно: «Не преувеличу, если скажу, что эта игра изменила мою жизнь». Ему было 29, опыта в индустрии ноль, взять такого соглашались немногие.
Получается, автор Shadow of the Colossus к соулсам причастен — но не колоссами, а прошлой игрой. И не механиками, а тем, что вообще затащил Миядзаки в профессию. Это не жанровое родство, а биографическое. Кое-что от Уэды в соулсах и правда живёт: мир, который ничего тебе не объясняет и не собирается; молчаливый герой; история, разложенная по руинам вместо роликов. Миядзаки прямо сказал Уэде, что мифология его игр всегда была для него ориентиром. Только это линия эстетики, а не жанра — рецепт костров и стамины из неё не выводится.
Механики соулсов родом из своего огорода. King's Field, декабрь 1994-го, дебютная игра FromSoftware — до неё студия восемь лет пилила бизнес-софт. Данжен-кроулер от первого лица, темнота, изоляция, наказывающая сложность, а удары и заклинания завязаны на шкалу выносливости, которая должна восстановиться, прежде чем ты снова дёрнешься. Плюс лунный меч и кольца.
Demon's Souls вообще-то и заказывали как духовного наследника King's Field: идею продвигал продюсер Sony Такэси Кадзии, который хотел «возродить вымерший вид экшена». Только разработка забуксовала, внятного прототипа у команды не выходило. Миядзаки услышал, что в конторе тонет тёмное фэнтези, и вызвался вести его сам — по его собственным словам в интервью Guardian: если бы удалось взять игру под контроль, из неё можно было бы слепить что угодно, а провалится — так всем и плевать, она уже провал. Отличная стартовая позиция.
Дальше он потащил в игру своё детство. Родители не давали ему играть до университета, зато он таскал из библиотеки англоязычное фэнтези, которое понимал через слово — и достраивал недостающее по картинкам, воображением. Вот откуда фирменная недосказанность, из которой лороведы уже 15 лет вьют теории. Оттуда же гейм-буки Sorcery! Стива Джексона (из них он выводит корни своих фэнтезийных идей), Dungeons & Dragons и RuneQuest, манга Миуры, Лавкрафт и Стокер. А кооп с призывами, сообщения на полу и кровавые пятна на месте чужих смертей выросли из вечера, когда Миядзаки застрял на заснеженном подъёме и незнакомые водители сзади молча вытолкали его машину наверх. Поблагодарить он никого не успел, все разъехались.
Так что же общего у соулсов с «Колоссами»? Если коротко, ничего — выдумывать не надо. Но если уж натягивать: масштаб боссов, молчание и отказ разжёвывать историю. В Shadow of the Colossus нет ни одного рядового врага, там 16 боссов и пустая земля между ними, а прогрессия — хвосты ящериц, фрукты и сами колоссы. Терять при смерти нечего, потому что и копить нечего. Жанр принципиально стоит на другом: костёр, воскрешающий всех врагов на карте, экономика выносливости, потерянные души и злой забег к собственному трупу. «Колоссы» же — это про то, как забраться на живую гору.
Александр Кузьменко на ютуб-шоу не узнал скриншот из Shadow of the Colossus, а когда название игры ему сказали, заявил, что он такое терпеть не может и, дескать, с Shadow of the Colossus начались соулс-лайки. Народ заметил и офигел: при чём тут вообще соулс-лайки? В то же время я наткнулся на несколько постов, в которых утверждалось, что когда-то где-то Миядзаки называл игру Уэды одним из главных источников вдохновения, а значит, «Колоссы» с соулс-лайками всё же связаны. Давайте разберёмся.
Shadow of the Colossus Миядзаки публично, кажется, ни разу не назвал по имени — я специально лазил и по английским интервью, и по японским. Зато про Ico он говорит много и с придыханием. В декабре 2021-го Famitsu собирала комментарии создателей к двадцатилетию Ico, и глава FromSoftware выдал целую исповедь: он тогда уже несколько лет работал аккаунт-менеджером в японской Oracle, заглянул к другу, тот включил Ico.
«Красивая, нерассказанная история и опыт, каких я и вообразить не мог. Прости, друг, но я тихо сидел, потрясённый и молчаливый».
А потом уволился и ушёл в FromSoftware. Дословно: «Не преувеличу, если скажу, что эта игра изменила мою жизнь». Ему было 29, опыта в индустрии ноль, взять такого соглашались немногие.
Получается, автор Shadow of the Colossus к соулсам причастен — но не колоссами, а прошлой игрой. И не механиками, а тем, что вообще затащил Миядзаки в профессию. Это не жанровое родство, а биографическое. Кое-что от Уэды в соулсах и правда живёт: мир, который ничего тебе не объясняет и не собирается; молчаливый герой; история, разложенная по руинам вместо роликов. Миядзаки прямо сказал Уэде, что мифология его игр всегда была для него ориентиром. Только это линия эстетики, а не жанра — рецепт костров и стамины из неё не выводится.
Механики соулсов родом из своего огорода. King's Field, декабрь 1994-го, дебютная игра FromSoftware — до неё студия восемь лет пилила бизнес-софт. Данжен-кроулер от первого лица, темнота, изоляция, наказывающая сложность, а удары и заклинания завязаны на шкалу выносливости, которая должна восстановиться, прежде чем ты снова дёрнешься. Плюс лунный меч и кольца.
Demon's Souls вообще-то и заказывали как духовного наследника King's Field: идею продвигал продюсер Sony Такэси Кадзии, который хотел «возродить вымерший вид экшена». Только разработка забуксовала, внятного прототипа у команды не выходило. Миядзаки услышал, что в конторе тонет тёмное фэнтези, и вызвался вести его сам — по его собственным словам в интервью Guardian: если бы удалось взять игру под контроль, из неё можно было бы слепить что угодно, а провалится — так всем и плевать, она уже провал. Отличная стартовая позиция.
Дальше он потащил в игру своё детство. Родители не давали ему играть до университета, зато он таскал из библиотеки англоязычное фэнтези, которое понимал через слово — и достраивал недостающее по картинкам, воображением. Вот откуда фирменная недосказанность, из которой лороведы уже 15 лет вьют теории. Оттуда же гейм-буки Sorcery! Стива Джексона (из них он выводит корни своих фэнтезийных идей), Dungeons & Dragons и RuneQuest, манга Миуры, Лавкрафт и Стокер. А кооп с призывами, сообщения на полу и кровавые пятна на месте чужих смертей выросли из вечера, когда Миядзаки застрял на заснеженном подъёме и незнакомые водители сзади молча вытолкали его машину наверх. Поблагодарить он никого не успел, все разъехались.
Так что же общего у соулсов с «Колоссами»? Если коротко, ничего — выдумывать не надо. Но если уж натягивать: масштаб боссов, молчание и отказ разжёвывать историю. В Shadow of the Colossus нет ни одного рядового врага, там 16 боссов и пустая земля между ними, а прогрессия — хвосты ящериц, фрукты и сами колоссы. Терять при смерти нечего, потому что и копить нечего. Жанр принципиально стоит на другом: костёр, воскрешающий всех врагов на карте, экономика выносливости, потерянные души и злой забег к собственному трупу. «Колоссы» же — это про то, как забраться на живую гору.